Янис Курос: я не верю в длительные тренировки

Ранее неопубликованное интервью с легендарным ультрамарафонцем

31 августа, 2021

В 2019 году LetsRun.com в течение месяца проводили исследование мира ультрамарафона в поисках самого великого ультрамафонского мирового рекорда. В итоге исследования мы объявили, что считаем мировой рекорд Яниса Куроса в суточном беге, 303.31 км (188.68 миль), величайшим ультрамарфонским достижением в истории. В конце концов, никто пока не приблизился к нему ближе, чем на 21 км\13 миль. Это изменилось, когда Александр Сорокин из Литвы побил этот рекорд, пробежав 309.40 км (192.25 миль).

Это напомнило нам, что мы так и не опубликовали замечательное интервью, которое Роберт Джонсон взял у Куроса в 2019 году по электронной почте. В то время мы не опубликовали его, так как Курос не мог ответить сразу — у него были проблемы с глазами после травмы, которую он получил, когда проводил сварочные работы в своем доме. К тому времени, когда мы получили ответ, наше изучение ультрамарафонов закончилось, и Роберт перестал ждать ответ. Поэтому письмо пролежало неоткрытым в электронном ящике много месяцев, пока его не нашли. С тех пор мы ждали подходящего момента, чтобы его напечатать. И вот, он настал.

LRC: Рекорд Яниса Куроса в суточном беге, 303,306 км (188,68 миль). С 1997 г. это величайший мировой рекорд в ультрамарафоне.

Примечание: Так как английский — не родной язык Куроса, в некоторых местах слова могли быть неточно переведены. Но его английский всё же в тысячу раз лучше, чем наш греческий. 

 

Embed from Getty Images

РД: 1) У вас столько достижений в беговой карьере, вы установили так много рекордов. Что вы считаете своим величайшим достижением? Какой из ваших мировых рекордов лучший: в забеге на 24 часа, 48 или 6 дней? Мы заявили, что рекорд в беге на 24 часа — лучший в спорте. Вы согласны и верите ли вы, что рекорд в суточном беге не будет побит ещё очень долго? Почему он так долго держится? 

ЯК: Спасибо большое, что пригласили меня обсудить эти вопросы! Вы вероятно правы в оценке рекорда на 24 часа, но я также считаю пробег на 1000 миль одним из своих лучших достижений. Я так говорю, потому что, когда я бежал в том суточном забеге в Аделаиде, особенно ближе к концу забега, мой ум и уровень моего бега были так высоки, что я был абсолютно уверен, что никто не мог сделать то же самое. Я  использовал мой естественный стиль бега, вечный идеал атлетизма. Я следовал правилам честной игры и тому, что говорил мне мой вдохновляющий ум. 

Я думаю, что мои рекорды так долго не могут побить, потому что большинство бегунов верят в хорошую физическую форму и подготовленность. Ультра бег — это ментальный спорт, который прикасается к метафизическим/духовным аспектам человеческого существа, и это основная причина, почему он не является массовым видом спорта. Организаторы, которые оставляют его открытым и принимают всех желающих, независимо от их способностей, неправы. Они принимают людей, которые любят бегать, в то время как тем участникам, которые не принадлежат к спорту, не хватает знания себя. 

Также, я думаю, что мой рекорд пока не побит, потому что те, кто пытаются это сделать, верят, что могут улучшить свои способности посредством более долгих и быстрых тренировок. Секрет же лежит в чём-то неизмеримом. Другая причина может быть в том, что среди бегунов есть бывшие марафонцы или супермарафонцы, которым трудно увидеть разницу между термином “ультра бег” и “сверх-марафон”: Ультра бег — с ‘бег’ как (μετοχή) форма глагола, которая описывает то, как мы относимся к бегу, значит бег за пределами физических ограничений, в то время как сверх-марафон означает бег, который опирается только на физическую подготовленность.

Но самый важный фактор в этом спорте, который играет определяющую роль, это то, что бегуны не могут достичь успеха, если они не самодостаточны и автономны в их личной жизни, и вероятно им не хватает трагедий в жизни, чтобы построить внутреннюю выносливость. 

РД: 2) Темп/ Стратегия: Какой, на ваш взгляд, идеальный способ соревноваться в забегах на 24, 48 часов и 6 дней? Позднее в вашей карьере вы придерживались более консервативного подхода в беге на 24 и 48 часов. Вы думаете, что так и нужно поступать, или это было из-за того, что вы стали старше? Сколько вы спите, если спите, в этих пробегах? В чем разница между 48 и 24 часами, и 6 днями и 48 часами?

ЯК: Становясь старше, вы начинаете понимать, что более консервативный темп в целом поддерживает результат в любом пробеге за пределами марафона. Я думаю, что забеги на 6 дней и 48 часов имеют больше общего, так как и то и другое является многодневным забегом. Здесь мы сталкиваемся с недостатком сна и жестокой мышечной усталостью, поэтому сила ума необходима, в то время как 24 часа проще с этой точки зрения, но здесь нужно больше думать о скорости, стратегии и физической силе.

В этом спорте нет логики, и, если использовать западные установки ума, он может стать катастрофой. Вы должны больше пользоваться своими ощущениями на пробегах и быть более осторожными в тренировках. 

Embed from Getty Images

РД: 3) Сожаления: Сожалеете ли вы о чем-нибудь в вашей карьере? О чём-то, что, по вашему мнению, вы могли бы сделать лучше? Или о каком-нибудь рекорде, который, вы думаете, мог бы быть больше?

ЯК: Это забавно! Не было ни одной дистанции или забега с лимитом времени, в котором бы я выступал не просто в идеальных, но даже просто в хороших условиях. Проблемы были личные, или с погодой, или с трассой. Абсолютно каждое соревнование — это большая история, драма, но я расскажу о некоторых в нескольких словах:

  1. На 24 часах в Аделаиде (1997 г., 303.5 км) я был усталым, и мышцы были скованные после чемпионата Австралийского Университета на10 км, который прошел всего за несколько дней до 24 часов. Всем бегунам на 10 км было 19-23 года, кроме меня, мне было 41. По это причине первый отрезок забега, длиной в марафон, на 24 часах был самым моим медленным за историю всех моих забегов на этой дистанции. Кроме того на трассе не было освещения, и несколько волонтеров стояли за линией трека с фонарями, работающими на керосине, что раздражало мои лёгкие всю ночь…За несколько месяцев до этого, в Канберре, когда трасса была лучше и я был готов пробежать 312-320 км, у меня начались проблемы с желудком через 12 часов, мне пришлось много раз останавливаться после 15 часов и, в конце концов, я смог пробежать 295 км, что было мировым рекордом, всего на 1 км больше, чем я пробежал до этого в Мельбурне, где я бежал на 2-ой — 4-ой дорожке из-за сильного дождя, а другие бегуны шли по внутренним дорожкам…!
  2.  48 часов в 1996 г, Сюржер (Франция), (473,797 км). Я упал и сломал 4 ребра, как раз на последней тренировке перед вылетом из Афин. Гравийный трек был длиною всего 301 метр и нам пришлось бежать под солнцем 3 дня, то, что вас просто убивает. После возвращения в Мельбурн, где я тогда жил, мне понадобилось 40 дней, чтобы начать ходить или спать без боли. Я не знаю, какой бы мог быть мой результат, если бы круг был 400 метров, и у меня не было бы травмы, но я планировал пробежать более 510 км.  
  3. На 6 дневном забеге в 2005 году в Колак, Австралия (1038,5 км), где в возрасте 49 лет я улучшил свой рекорд, который установил 21 год до этого, на том же самой плохой трассе, моя команда допустила несколько ошибок с кроссовками и стельками, и из-за гравия на трассе меня постоянно беспокоили частички, которые попадали мне в обувь, мне приходилось часто останавливаться, в некоторых случаях каждый круг, тратя время на поиски решения, пробуя разное беговое снаряжение. Мы так и не нашли, что могло бы помочь, в результате чего у меня было много мозолей. Плюс на четвертый или пятый день был ураган, и я повредил подколенное сухожилие в последний день, из-за чего не мог бежать. Несмотря на это, на метафизическом уровне, я смог бежать в последние два часа, чтобы улучшить свой рекорд, что, на самом деле, еще ухудшило травму. И странный факт был в том, что счетчики, вероятно из-за усталости, не учли много моих кругов, которые я пробежал, но они не были засчитаны. Принимая во внимание все эти неприятности, очевидно, что я мог пробежать более 1200 км еще в 1984 году в Нью-Йорке, или 1150 км в Колак в том же году, или даже в 2005. Лидер моей команды сказал мне после финиша: «Мне очень жаль, ты потерял, по крайней мере, пару марафонов только из-за наших ошибок». Только в том году я пробежал расстояние между Сиднеем и Мельбурном, 1011 км за 5 дней 2 часа 27 минут, и это говорит о многом. Также мой сплит на той же трассе — за 48 часов я пробежал 463 км с большим количеством подъемов и спусков, что очень изматывает.  
  4. На забеге на 1000 миль в парке Флашинг Медоу (Нью-Йорк) в 1987, когда я был готов пробежать дистанцию менее чем за 10 дней, моё колено распухло во время перелета из Афин в Нью-Йорк! Мне поставили диагноз повреждение хряща колена и решили положить в больницу на операцию, но за первый день соревнования я пробежал 150 миль, чтобы поблагодарить организаторов за приглашение на забег. Через день после этого мне сделали операцию. Я приехал еще раз через год, когда я был не в такой хорошей форме, но я установил рекорд в 10 дней 10 часов 30,35. Это была моя единственная забег на 10 дней.

РД: 4) Ключи к успеху: Что, по вашему мнению, помогло вам всего этого добиться? Не могли бы вы рассказать, в чём был секрет ваших тренировок?

Робби Бриттон, бронзовый медалист в чемпионате мира по суточному бегу 2015 г, рассказал мне, что вы бегали не более 80 миль в неделю и часто делали 6 повторений по 2 км, четыре по три, и всегда общий объем не превышал 12 км. И что вы использовали длинные соревнования в качестве длинных тренировок. Это так? Не могли бы вы рассказать, какой была ваша обычная тренировочная неделя? Были ли у вас дни легкого бега? 

ЯК: Это было так в каком-то смысле. Я имею в виду, что я использовал темповые тренировки максимум 12 км только за 2-4 недели до забегов. До этого и после забегов у меня могли быть периоды в 3-9 месяцев, когда я совсем не бегал, если не было несколько соревнований один за другим. Изредка я делал медленные тренировки, бег трусцой 2-8 км, и я делал это только, если у меня не было других дел. Я против того, чтобы тренироваться 10-12 месяцев в году. Это можно делать в других видах спорта, но в ультра беге такие тренировки могут привести к тому, что вы исчезните со сцены через несколько лет. 

Я полагаю, что то, что восстанавливает меня, это же одновременно убивает меня, и я называю это  «eusiginisia», что значит, что вас двигает что-то очень быстро и из многих источников. Помимо этого, это смесь моей жизненной философии, образ мышления, наследие мой страны, моя любовь к поэзии, моя особая чувствительность к музыке, а также мои опыты и воспоминания – хорошие и плохие.

Я изредка делал длинные пробежки в начале моей карьеры, но, уверен, что это делало меня медленнее и слабее. После этого, когда я поменял отношение к тренировкам, даже, когда стал старше, у меня всё было снова хорошо, даже лучше без них! Я не верю в длинные тренировки, и я против них, так как не вижу в них смысла. Нет, я не использую забеги, как длинные тренировки, потому что они могут вызвать повреждения и травмы. Но когда я соревнуюсь, не важно, на какую дистанцию, я действительно соревнуюсь.

РД: Диета: Не могли бы вы рассказать о вашей диете? Говорили, что вы были вегетарианцем в то время, когда соревновались, но теперь уже нет? Это правда? Думаете ли вы, что диета была ключевым ингредиентом вашего успеха? В чём заключалась ваша стратегия питания во время забегов?

ЯК: Абсолютно нет! Те, кто думают, что моя диета – или любая диета – это ключ, очень ошибаются. В этом спорте нет идеальной диеты, и нет идеального плана тренировок, так как и то, и другое относятся к земным параметрам. Здесь играют роль личность и индивидуальность. Конечно, есть ошибки, которые можно избежать, но нет рецепта, который бы подошел каждому. Например, по моему мнению, использование животных продуктов во время моих соревнований я отношу к категории ошибок. Я также против того, чтобы получать энергию из гелей и подобных продуктов, и я предпочитаю природную еду. Это может быть что угодно, что придет в голову, за исключением животных продуктов. В 1982 и 1984 у меня были проблемы с желудком, и с тех пор я решил избегать соревнований на голодный желудок. Еще раз скажу, что все это индивидуально. Я предпочитаю нести с собой дополнительный вес, чем иметь дело с жидкостями\ искусственными средствами.  

РД: 6) Сон: Правда ли, что вам почти не нужно спать, даже когда вы не бегаете? Сколько вы сейчас спите? И сколько вы спали, когда участвовали в соревнованиях?

ЯК: Это зависит от уровня воли, важности и приоритетов. Когда я изучал музыку и литературу, я спал примерно 30 минут в сутки, потому что я хотел показать лучший результат и закончить как можно раньше. До этого, когда я строил дом в Греции, и в то же время я готовился к забегам, я спал примерно два с половиной часа в сутки. Сейчас я сплю от 4 до 6 часов. По моему мнению, это не способность, а решение, которое вы должны принимать каждый раз, когда вы с чем-то сталкиваетесь. На соревнованиях я планировал спать каждый день, начиная со второго, прибавляя время сна с каждый днем, но это ничего не имеет общего с тем, сплю я, в конце концов, или нет, потому что это зависит от боли, атмосферы и шума…

РД: 7) Спартатлон: Ваши результаты на первом Спартатлоне были настолько шокирующими, что вас обвиняли в обмане. Какова была ваша стратегия на первом Спартатлоне, особенно на трейловой части? Изучили ли вы заранее трассу? Было ли вам в какие-то моменты трудно (потому что казалось, что вы не прилагаете усилий)?

ЯК: Я знал часть трассы, особенно последнюю треть. Я запланировал, что пройду ее за 21-22 часа, что мне удалось (21.53). Но я думал, что те опытные бегуны, у которых также были мировые рекорды и великие достижения, должны финишировать за меньшее время. У меня была только уверенность, что я буду первым среди моих соотечественников, так как я их знал, а также бегал с ними 100 км за год до этого. Мы посмотрели первую часть трассы за несколько дней до этого – все бегуны на автобусе. Я никогда не думал, что это будет легко. Наоборот, я смотрел на это серьёзно, но также героически. Но я очень расстроился, когда увидел за несколько дней до этого, что трасса после древнего Коринфа повернула на север, и я понял, что это была не та дорога, по которой бежал Фидиппид. У меня были странные чувства фальсификации истории, которая снова происходила в моей стране, и в то же время мне нужно было прилагать много усилий, чтобы найти вдохновение, чтобы продолжать двигаться. 

РД: 8) Настоящее: Следите ли вы за тем, что происходит в современном мире ультрамарафона? Если да, кто ваши любимые бегуны? Что вы думаете о современном взрыве популярности ультрамарафона, и новом интересе к трейлам? Говоря о трейлах, тренировались ли вы когда-нибудь, бегая на природе? Думаете ли вы, что вы смогли бы добиться успеха в трейловых соревнованиях, если бы вы захотели?

ЯК:За последние несколько десятилетий было немало хороших бегунов, но я не слежу за ними, так как они на самом деле бегают на основе только физической подготовки. 

Embed from Getty Images

РД: 9) Жизнь сейчас: Что вы сейчас делаете? Бегаете ли вы? Сочиняете ли вы все еще музыку? Какая музыка ваша любимая? Будет ли ваша книга когда-нибудь переведена на английский?

ЯК: Я всё еще много работаю, восстанавливая старые здания. Я не бегаю, если меня не приглашают на какое-то мероприятие и это мероприятие мне нравится. Я сочиняю, когда есть вдохновение и у меня в голове появляется мелодия или ритм. Но не так, как я делал раньше в Мельбурне, где у меня не было дома, о котором нужно было заботиться. Надеюсь, что буду более продуктивным в области музыки и рисования, когда приготовлю место для каждого из этих занятий. Моя любимая музыка – энтехно с некоторыми элементами модуляции от одной тональности к другой и от одного ритма к другому, используя сочетание инструментов. Это сложно объяснить, если нет такой традиции в культуре.

Мою книгу уже перевели на английский, сейчас нужно найти хорошего издателя за границей.

РД: 10) Предпочтения: Какой пробег был вашим любимым или какое место для бега вы любили больше всего? 

ЯК: Мой рекорд в суточном беге в Базеле, Швейцария, происходил в красивом месте, но на трассе были острые углы, которые замедляли меня, и результат был ниже, чем в том забеге, в котором я пробежал 303.5 км, но с точки зрения усилий, был гораздо выше. Мне понравилась Новая Зеландия, как место для бега, большинство мест в южной части Австралии, Огайо и Греция, но не в любое время года. 

РД: Каких ультрамарафонцев, с которыми вы соревновались, вы больше всего уважаете?  

ЯК: Раньше я встречал великих бегунов и хороших людей. Среди них Душан Мравли (Хорватия), Томас Кусек (Чехия), Дон Ричи (Шотландия), Ричард Таут (НЗ), Брайан Смит (Австралия), Рун Ларсон (Швеция), Сту Митлмен (США), и много других хороших людей.

Embed from Getty Images

Оригинал статьи на Letsrun.com

Духовный опыт бега на выносливость — Мэт Фицджеральд

Мэт Фицджеральд ( MATT FITZGERALD ) — известный тренер по выносливости, диетолог и писатель. Среди его известных книг «Диета на выносливость», «Бег 80/20» и «Как сильно ты этого хочешь?».

Элиуд Кипчоге известен в основном двумя вещами: победами и установлением рекордов. Он выиграл одиннадцать из двенадцати марафонов, в которых участвовал (финишировал вторым в единственном, который он не выиграл). В 2017 году он предпринял первую официальную попытку преодолеть дистанцию марафона менее чем за два часа, шокировав беговой мир результатом всего на 25 секунд превосходящим два часа. Через два года он попытался снова и добился успеха, преодолев 42 км 195 м за 1: 59: 40. Хотя этот подвиг не считается официальным мировым рекордом марафона, Кипчоге также владеет и этим достижением, выиграв Берлинский марафон 2018 года за время 2:01:39.

В свете этих фактов вы можете предположить, что Кипчоге чрезвычайно сосредоточен на цифрах и трофеях, но это не так. «Я верю в философию, которая говорит, что победа на самом деле не важна», — сказал он в своем выступлении в Оксфордском союзе в 2016 году. «Быть успешным даже не так важно». Что является важным для Кипчоге так это самообладание, для которого беговые марафоны служат инструментом. «Только дисциплинированные свободны в жизни», — сказал он своей аудитории в том же обращении. «Если вы не дисциплинированы, вы — раб своего настроения. Вы раб своих страстей”

Когда Элиуд Кипчоге говорит о беге — не только в этом случае, но и в целом — он звучит скорее как духовный лидер, чем какой-то тупой спортсмен. «Лучше победить себя, чем выиграть тысячу сражений», — такова пословица Будды. Замените сражения на «марафоны» , и вы получите еще одну цитату от Кипчоге.

В этом нет ничего уникального в Кипчоге. Бег на выносливость — это духовный опыт для многих спортсменов. В самом деле, для духовно восприимчивого человека почти невозможно получить опыт бега на выносливоссть без духовной составляющей. Поэтому духовные лидеры, в том числе Шри Чинмой, родившийся в Индии сторонник медитации и авторитет в беге в США в конце 20-го века, продвигали бег на выносливость даже для не спортсменов. «Внутренний бег и внешний бег дополняют друг друга», — написал Шри Чинмой. «Для внешнего бега нам нужна дисциплина. Без дисциплинированной жизни мы не сможем добиться успеха ни в одной сфере жизни. Поэтому, когда мы бежим внешне, это напоминает нам о внутреннем беге ».

При правильном отношении любая деятельность — прием пищи, садоводство, все что угодно — может быть предпринята как духовное упражнение. Но длительный бег уникален тем, что там духовный аспект почти на поверхности. Так что даже люди, которые изначально не окунаются в него его по духовным причинам, в конечном итоге делают это. Почему так?

Современная наука подводит нас к ответу на этот вопрос. Для любого спортсмена, который когда-либо участвовал в беге на выносливость, очевидно, что этот опыт является сложным как физически, так и психологически. В прошлом ученые, занимающиеся физическими упражнениями, считали, что ограничения, с которыми спортсмены сталкиваются в гонках на выносливость, носят физический характер, а психологические проблемы, связанные с приближением к этим пределам, являются чисто вторичными. Идея заключалась в том, что такие технические факторы, как накопление молочной кислоты в мышцах и истощение запасов гликогена в мышцах, мешали спортсменам двигаться быстрее и дальше, чем они могли. Но теперь мы знаем, что это не так. Хотя физические ограничения существуют, они просто ограничивают производительность, но не влияют на нее напрямую. Пределы, с которыми спортсмены сталкиваются непосредственно во время гонок, являются психологическими.

Отличительной чертой бега на выносливость от спринтерских забегов является то, что в беге на выносливость самый быстрый способ добраться от стартовой линии до финишной — это не бежать так быстро, как вы можете. Ни один человек физически не способен выдержать подлинное 100-процентное усилие дольше, чем около 45 секунд. Таким образом, в более длительных соревнованиях спортсмены должны выбирать свой темп, что означает придерживаться скорости, которую можно поддерживать на всей дистанции. И скорость регулируется осознанно, посредством комбинации когнитивного и перцептивного процессов.

В частности, регулирование темпа — это форма прогнозирующей обработки, когда спортсмены непрерывно оценивают наивысший уровень производительности, который они могут поддержать от текущей позиции до финишной линии, все время корректируя. Эти оценки основаны на воспринимаемых усилиях (или ощущении спортсменом того, насколько усердно они работают по отношению к максимуму), прошлом беговом опыте и знании оставшейся дистанции или времени забега. Опираясь на эти когнитивные и перцептивные факторы, спортсмен стремится избежать:
1) достижения истощения до финишной черты
2) достижения финишной черты до точки истощения.

Важно отметить, что, когда спортсмены просчитываются и достигают истощения раньше финишной черты, это редко бывает из-за того что они достигли жесткого физического предела, такого как истощение гликогена. Скорее, это потому, что они достигли самого высокого уровня усилий, которые они готовы вынести. Они могут чувствовать себя неспособными продолжать, но на самом деле это не так. Тщательно разработанные исследования показали, что в момент достижения момента, когда они решают остановиться в любом тесте на выносливость, спортсмены всегда обладали резервными физическими возможностями.

Психологический предел толерантности к усилиям и боли не менее реален, чем физические ограничения, с которыми сталкивается спортсмены, но его природа отличается. Представьте себе набор весов, расположенных в порядке возрастания. Ваша задача — поднимать каждый вес по очереди до тех пор, пока вы не достигнете веса, слишком тяжелого для подъема. Когда вы достигаете этой точки, в этом нет никаких сомнений. Вы можете или не можете поднять следующий вес.

Напротив, максимальное воспринимаемое усилие, подобное максимальному болевому порогу, является изменчивым. Это было показано в исследовании, проведенном австралийскими исследователями и опубликованном в журнале «Pediatric Exercise Science» в 2013 году. Тринадцати детям в возрасте от девяти до одиннадцати лет было предложено пробежать 800 метров три раза. Поскольку это была новая дистанция для детей, они ожидали, что они улучшат свое время в трех попытках благодаря улучшенной стратегии. И они действительно улучшили, но не за счет улучшения своей тактики. Во всех трех попытках дети начинали слишком быстро, значительно замедлялись, а затем снова ускорялись к концу. Их производительность, скорее, улучшилась просто потому, что они бежали сильнее. В первом испытании они бежали так сильно, как могли, и это было дискомфортно. Но во втором, имея немного опыта за плечами, они чувствовали, что могут бежать еще быстрее и вытерпеть больший дискомфорт . И в последнем забеге, зная, что второй забег не убил их, они чувствовали, что могут бежать еще сильнее и терпеть еще больший дискомфорт.

Опытные и мотивированные спортсмены на выносливость способны переносить усилия и напряжение, которые крайне дискомфортны. Из-за этого и из-за того, что психологический предел максимальной толерантности к воспринимаемым усилиям нечеткий, выносливые атлеты, как правило, оказываются в особом состоянии сознания на поздних стадиях забега. По сути, это кричащий поединок двух разных внутренних голосов, представляющих разные аспекты личности. Один голос, представляющий инстинктивное желание избежать дискомфорта, которым мы все обладаем, — это умоление спортсмена остановиться или, по крайней мере, замедлиться. А другой, представляющий факторы, побудившие спортсмена к достижению цели, которая не может быть достигнута без дискомфорта, приказывает атлету продолжать. Амбивалентность обычно возникает в рутине повседневной жизни, но внутренняя раздвоенность, которую испытывают спортсмены в кризисные моменты соревнований, уникально чиста и интенсивна.

Духовность означает разные вещи для разных людей, но самообладание является основополагающим для всех духовных путей. Жить духовной жизнью, что бы это ни значило для вас, значит жить в соответствии с вашими наивысшими ценностями, а для этого необходимо развивать способность превосходить свои более «низкие» импульсы. Вкратце , это требует самообладания.

В течение тысячелетий люди использовали такие инструменты, как пост и медитацию, для достижения духовного роста посредством самообладания. Эти инструменты служат для разжигания состояния внутренней разделённости, которое дает духовному искателю возможность работать над самообладанием. Традиционно внутреннее сражение, которое происходит во время поста или медитации, подразумевается как борьба между плотью и духом. С научной точки зрения, сражение фактически происходит между различными аспектами разума, укорененного в разных частях мозга. Основным полем битвы является область головного мозга, называемая передней поясной корой (ACC), которая активна в устранении амбивалентности. Исследования показали, что ACC исключительно ильная развита как у медитирующих, так и у выносливых спортсменов.

И выносливые атлеты, и медитаторы также получают высокие оценки на тестах тормозного контроля или способности преодолевать импульсы посредством сознательного ограничения (задача, которая также выполняется ACC). Ингибирующий контроль — это не самообладание, а механизм, в котором действует самообладание.

Одним из ключевых отличий между длительным бегом и традиционными духовными инструментами самообладания является то, что в соревнованиях есть соперничество. Заманчиво предположить, что стремление превзойти других противостоит духовному опыту, и у него, безусловно, есть этот потенциал. Для некоторых спортсменов соревнования — это в значительной степени выражение эго. Но для других соперничество является лишь предлогом для самообладания. Это доказанный факт, что спортсмены могут лучше выступать в соревновательном контексте, чем вне его. И чем больше атлет прилагает усилий, тем большего самообладание он достигает. Именно поэтому духовно восприимчивый спортсмен, такой как Элиуд Кипчог, который не верит, что победа важна, так старается победить.

Кениец Элиуд Кипчоге (в белой майка) ликует, поле преодоления финишной черты мифического двухчасового барьера в марафоне 12 октября 2019 года в Вене. (Фото ALEX HALADA / AFP через Getty Images)
Кениец Элиуд Кипчоге (в белой майка) ликует, поле преодоления финишной черты мифического двухчасового барьера в марафоне 12 октября 2019 года в Вене. (Фото ALEX HALADA / AFP через Getty Images)

Другое ключевое отличие между бегом на выносливость и традиционными духовными инструментами самообладания связано с ролью тела. В некоторых духовных традициях наблюдается тенденция умалять тело и инстинкты. Одна из причин, по которой бег на выносливость привлекает меня лично как духовное стремление, заключается в том, что она празднует наше воплощение и ставит биологию и инстинкт на службу стремлению жить в соответствии с нашими высшими добродетелями. Длительный бег, конечно, не для всех, но как духовно восприимчивый человек, я очень рад что у меня есть тело!

Ссылка на оригинал статьи 

Спорт и медитация — тренинги в Украине

С 15 по 19 декабря 2016 Стутишил провел тренинги Спорт и медитация:  запредельные способности — внутри! в четырех городах Украины: Киеве, Николаеве, Одессе и Виннице. Была представлена «теория скачка» — как Read more…

Интервью украинской газете «Факты» победителя забега на 3100 миль в 2016

Оригинал публикации — по ссылке Юрий Тростенюк: «Мы стартовали в шесть утра и финишировали в полночь. И так изо дня в день, без выходных» Тамара КОМАРНИЦКАЯ, специально для «ФАКТОВ» (Винница) Read more…

Интервью Стутишила Первому Беговому Радио-Шоу Украины

Интервью Стутишила  Первому Беговому Радио-Шоу Украины. Рассказ о забеге 3100 миль, ответы на вопросы. ~ 1.5 часа. Беседа ведущего программы Ромы Ли (Беговая Борода) со Стутишилом по скайпу. (Интервью начинается Read more…

Дмитрий Лебедев — чемпион Европы среди ветеранов в марафоне

Вышло интервью с моим отцом — Дмитрием Лебедевым, который завоевал золотую медаль в марафоне на чемпионате Европы среди ветеранов. В свои 73 года он финишировал на дистанции в 42 км Read more…